Эмираты теряют по миллиарду долларов в день из-за конфликта с Ираном и блокады ключевых морских путей. На этом фоне Абу-Даби объявляет о выходе из ОПЕК, разрывая многолетние договоренности ради спасения экономики и права самостоятельно распоряжаться нефтяными ресурсами в условиях затяжного военного кризиса.

Конфликт с Ираном обходится Объединенным Арабским Эмиратам в 30–50 миллиардов долларов ежемесячно. Это прямая цена за размещение на своей территории иностранных военных баз, которые стали целями для атак. Пока Ормузский пролив остается заблокированным, мировая торговля лишается доступа к пятой части всего потребления нефти и газа. «Бутылочное горлышко» региона парализовало не только энергетику, но и поставки стали и удобрений, вынуждая перевозчиков искать экстремально дорогие обходные пути.

Единственной альтернативой стал маршрут вокруг Африки через мыс Доброй Надежды. Однако цена безопасности оказалась запредельной:

• стоимость доставки нефти из ОАЭ в Индию подскочила почти в десять раз — до 3,7 млн долларов за рейс;
• фрахт танкеров Aframax подорожал на 61%, достигнув 122 тысяч долларов в сутки;
• логистика сжиженного газа выросла в цене вдвое, а время в пути увеличилось на две недели;
• перевозка тонны стали и удобрений прибавила к стоимости до 60 долларов из-за сложной перевалки.

Ставка на свободную добычу Решение выйти из ОПЕК стало ответом на жесткие ограничения картеля, которые мешают стране компенсировать военные убытки. Эмираты годами вкладывали миллиарды в расширение мощностей, рассчитывая добывать 5 млн баррелей в сутки к 2027 году. Участие в союзе с его квотами делало эти инвестиции бессмысленными. Теперь Абу-Даби намерен самостоятельно определять объемы экспорта, не оглядываясь на Саудовскую Аравию, отношения с которой серьезно накалились.

Рынок реагирует на эскалацию нервно: цена оманской нефти уже пробивала отметку в 150 долларов. По оценкам аналитиков ПСБ, даже при частичной стабилизации Brent закрепится в диапазоне 80–90 долларов до конца 2026 года. Если же блокада пролива затянется, а резервы МЭА истощатся, котировки надолго останутся трехзначными. Быстрого восстановления логистики ждать не стоит — инерция глобальных поставок и разрушенная инфраструктура сохранят давление на цены даже после прекращения активных боевых действий.