Экономика Китая в первом квартале 2026 года продемонстрировала рост на 5%, опередив прогнозы аналитиков вопреки внешним шокам. Основным драйвером стала внешняя торговля, объем которой увеличился на 15%. Однако эксперты связывают эти показатели не с внутренним спросом, а с масштабной перестройкой логистических цепочек на фоне конфликта на Ближнем Востоке.

Товарооборот КНР за январь–март достиг $1,69 трлн. Экспорт вырос на 11,9%, а импорт показал рекордный скачок на 19,6%, составив $712,2 млрд. Столь резкое увеличение закупок объясняется принудительной сменой поставщиков энергоресурсов. Из-за нестабильности в ближневосточном регионе Пекин сократил торговлю с Ираном наполовину, переориентировавшись на российское сырье. Импорт нефти из РФ вырос на 31,1% в натуральном выражении, заняв почти четверть всего китайского рынка закупок.

На фоне успехов во внешней торговле внутренние показатели выглядят менее убедительно. Розничные продажи прибавили лишь 2,4%, что указывает на сохраняющуюся осторожность потребителей даже в период новогодних праздников. Инвестиции в основной капитал стагнируют, а сектор недвижимости продолжает затяжное падение — вложения в него сократились на 11,2%. Промышленное производство, хотя и выросло на 6,1%, рискует замедлиться во втором квартале из-за удорожания логистики и сырья.

Риски и сдержанность Пекина

МВФ уже скорректировал ожидания по годовому росту ВВП Китая до 4,4%, ссылаясь на системные проблемы и ослабление глобального спроса. Несмотря на запросы бизнеса, власти КНР воздерживаются от прямой финансовой стимуляции экономики. Правительство сохраняет паузу, опасаясь обвинений в протекционизме со стороны США и Евросоюза, переговоры с которыми находятся в чувствительной фазе. Текущая устойчивость системы во многом опирается на накопленный опыт торговых войн, но потенциал этого ресурса ограничен внешним давлением.