Схема привлечения клиентов опиралась на агрессивный маркетинг, ориентированный на пожилых людей. Вкладчикам предлагали ставки, почти вдвое превышающие банковские, уверяя, что выплаты покрываются доходами от продажи недвижимости и автомобилей. Даже за несколько дней до исчезновения компании в июле 2026 года менеджерам удавалось убеждать клиентов переоформлять договоры на еще более выгодных условиях. 8 августа офисы закрылись, оставив пайщиков без доступа к средствам.

Уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере было возбуждено 10 августа. Хотя официально в полицию обратились около 500 человек, реальное число пострадавших может быть значительно выше. Владелец бизнеса Никита Павлов дистанцируется от скандала, заявляя, что закрытые офисы не имеют отношения к его структурам, а торговая марка принадлежит агентству недвижимости, которое продолжает работу. При этом бывшие сотрудники сообщают, что по требованию владельца кооперативами управляли подставные лица.

Юристы оценивают шансы на возврат денег как минимальные. В отличие от банковских вкладов, средства в КПК не застрахованы государством, а активы организации, по всей видимости, были выведены заранее. Единственным законным инструментом для пострадавших остается гражданский иск в рамках уголовного процесса, однако практика подобных дел, включая историю с пирамидой «Финико», показывает, что реальные выплаты обманутым вкладчикам удаются крайне редко.