Экономика США демонстрирует неожиданный скачок производительности труда, выходя на показатели, которые вдвое превышают результаты предыдущего десятилетия. Пока американские компании адаптируются к новым технологиям и пользуются дешевой энергией, европейские страны сталкиваются со стагнацией, а Россия пытается удержать рост выработки в условиях острого дефицита кадров и высокой стоимости капитала.

За последние пять лет среднегодовой рост производительности труда в США закрепился на отметке 2,1%. Этот рывок стал следствием не столько прорывных изобретений, сколько вынужденной интеграции цифровых инструментов в бизнес-процессы. Секторы информации и профессиональных услуг показали наиболее впечатляющие результаты, позволив «белым воротничкам» выполнять прежний объем работы меньшими силами. Дополнительным драйвером стал доступ к недорогой энергии: стоимость электричества для американских предприятий оказалась вдвое ниже европейской, что дало преимущество в автоматизации энергоемких производств.

На этом фоне еврозона теряет позиции. Германия, столкнувшись с разрывом энергетических связей, балансирует около нулевых показателей, а Франция и вовсе демонстрирует отрицательную динамику. В Азии ситуация неоднородна: Япония автоматизирует сферу услуг из-за нехватки рабочих рук, а Китай, несмотря на замедление общих темпов роста, сохраняет лидерство по внедрению промышленных роботов. Индия, напротив, показывает уверенный рост в 5,9%, опираясь на государственные инвестиции в инфраструктуру.

Россия в 2024–2026 годах зафиксировала всплеск выработки в обрабатывающей промышленности до 3,8%. Однако этот успех во многом опирается на полную загрузку мощностей гособоронзаказом и интенсификацию труда в условиях рекордно низкой безработицы. Дальнейшее развитие сектора остается под вопросом: высокая стоимость заемных средств и сложности с доступом к передовому оборудованию тормозят инвестиционную активность, создавая риск стагнации после исчерпания текущего ресурса эффективности.